Шумы, дальние, чужие —
монотонный скучный звук.
А ветра — кружат, большие,
утихая, как-то вдруг.

Соль просыпанного снега
на дорогу,.. на мечту.
Отступление от бега —
шаг, из круга, в пустоту.

Вечера — длиннейший вечер.
Бреши. Дыры. Латки. Швы.
Парафиновые свечи.
Сигареты из травы.

Пища — с виду, на поверку —
голод. В осень — по весне.
А зимою — снег, не сверху,
под ногами, серый, снег.

Всё сбывается… по рекам
обесцененных секунд,
предназначенных — калекам,
а нормальных — всё секут.

Время…
Медленная пытка.
Обычайна. Не нова.
…В рождество пришла открытка
с тем — что нету Рождества.

Я лёг под реквием,
почти что бездыханно.
Почти безвесно.
И от мыслей отстранясь.
…Будильник тикает — естественна и странна
души и времени болезненная связь.

Кощунствует певец, допущенный на клирос —
сойдя, он будет жить, позволив спад душе.
Что чувствует мертвец, когда бессмертье сбылось,
звучит над ним — а он
не слушает уже?..

Гроб посреди
дома. В груди —
вдох.
Призрак? — Входи.
Сядь. Посиди.
Взял? — Уходи.

Дверь на замке.
Труп налегке —
пуст.
Тень в потолке —
как в камельке —
свечка в руке.

Пепел — постель.
А на холсте —
Бог,
вечный истец…
Сам — в высоте.
Сын — на кресте.

…Люди придут —
свечку задуть,
пусть.
Черти в аду
сковороду
греют.
И ждут.

Мой ангел спит

Это долго умирала
Осень, мучая себя.
Вязов чёрные кораллы
расставались с ней скорбя.

Нота «до» звучала толсто:
догоревшая до тла,
до свиданья, всё.
Ты просто
до погоста дожила.

Нота «до» звучала тонко:
до свидания, мечта,
дальше – белая пелёнка
успокоит все цвета.

Утонув в такой постели,
не почувствуешь -о, Ты! —
монотонные недели
жуткой зимней красоты.

Мой ангел спит

Осень.
Чуточку тревожно.
Сыро пахнет колдовством.
Отмирающее сложно
уложилось на живом.

Ну куда же это деться?
Может, сбросив трепет с рук,
вслед осинам взять раздеться —
и озябнуть на ветру?

Или в небо!..
Иль, по листьям
в скользком шёпоте кружа,
слов не помня, помолиться,
всплеском чувства дорожа…

Осень, милая прохлада
ускользающей мечты,
спи легко, так, видно, надо,
что горят твои листы.

Что разносит ветер дымом
то, что вскользь любили мы
в нашем городе любимом,
снега ждущем от зимы.

Мой ангел спит

Офорт

В тёмно-серых тонах
эти улицы вянут.
И парят фонари
в невысокой дали.
Вдоль трамваев домов
бестолково протянут,
весь в морщинах – асфальт,
чёрный крест на пыли.

И деревья – просты
как пустые пюпитры
как бессмысленный жест
замеревшей руки,
как косые штрихи
примитивной палитры
и – кромешной Души
в лёгком всплеске тоски.

Осмелевший протест
против поисков сути,
простудившийся взгляд
на морозе лица —
эпитафия глаз
предпоследней минуте
в беспросветном пути
до смешного конца.

Мой ангел спит

Сырое утро. Тусклы рельсы.
Деревья – веток жалкий жест.
Стоят они, как погорельцы,
насквозь раздетые уже.

Ноябрь.
Едва ползут вагоны.
темно расплющились поля,
дрожит от ветра и агоний
себя забывшая земля.

Всё это осени издержки,
растрата цвета и тепла —
она, оставшись без поддержки,
без солнца, выжить не смогла.

И, уличённая в банкротстве,
бежала, бросив свой престол
в обескураженном сиротстве —
любой судьбе на произвол.

Ноябрь…
И значит – сыро, зябко.
Я прижимаю лоб к стеклу:
там туча, серая как тряпка,
роняет дождь в листвы золу.

Мой ангел спит

У тебя всё будет хорошо.
Если «хорошо» тебя устроит…
Жить в себе – всегда нелёгкий шок,
значит – привередничать не стоит.

Погадаю.
Просто.
По глазам.
По наитию, крадущемуся мимо.
По молчанью. Сердца.
Я и сам
перестал недавно быть любимым.

Остаётся – смерть пустых окон.
Медленное, зимнее, больное
остыванье – частность, но – закон,
как и притяжение земное.

Уходя, оставишь лишь ключи.
И немного прошлого. Немало?
Удивительно, но сердце – всё стучит,
хоть и навсегда уже устало.

У тебя – всё будет хорошо.
Проводы – касанье лёгким взглядом.
Ключ оставлен.
Время.
Я – пошёл
в Никуда своё,
здесь где-то рядом.

Мой ангел спит

Ты – изваяние из тьмы.
Ты – извращение из льда.
Ты, женщина моей зимы,
в ней и замёрзнешь, навсегда.

И ты увидишь – я ушёл
непроходимо далеко.
И это будет хорошо —
так это будет нелегко.

Но – наслоятся времена.
И прорастёт травой мой путь.
Старушке-памяти – весна
сполна позволит отдохнуть.

…И я забуду о себе.
И я забуду про пургу.
И я забуду о судьбе
отставших где-то на кругу.

А если встречу – промолчу.
И если встречу – обгоню.
Лишь так я прошлое храню.
Я так живу.
Я так хочу.

27.01.91