Камерные сны

Леонид Петренко. Камерные сны

Леонид Петренко. Камерные сны

«Если ты поскользнулся и упал – это еще не значит, что ты шел не в ту сторону» Конфуций.

И я упал, я попал сюда. Ночами медленными, когда собаки лают, и поезда гудят и возят кого-куда, приходит мысль, что моя беда пришла надолго. Иль – навсегда.

И я ей верю. Почти. В тюрьме остаться трудно в своем уме.

Где были крылья – дыра в спине. Когда ты камнем лежишь на дне, а таракан по сырой стене бежит свободный себе вполне – как не довериться Сатане, как этим мыслям ответить – нет!?

Как мне, проснувшись с утра в тюрьме, не потеряться в своем уме?

Суббота, пятница или среда – не вспомнить сразу и без труда. Меж стен слоняясь туда-сюда, уже бестрепетно ждешь суда. И нервов голые провода покрылись серой коростой льда.

Но! Так скажу я вам господа (как и себе): однозначно – ДА! Богатство – сам ты, а не года, не сдался, значит все – ерунда! Собой останусь я и в тюрьме – пока пребуду в своем уме.

05.12.2014

 

***

В эпицентре крушения (только!) – ясность настала: кабала притяжения в пыль меня растоптала.

Там, где свет синих свечек –

дом мой, желтая плашка.

…Я – с Луны. Человечек. Здесь мне – тяжко.

06.12.2014

 

Цепь красных кнопок вдоль стенок и лесен в зданиях, выросших в память о Бесе. Мир в заключении – душен и тесен, сер и жесток, беспросветен и пресен. Здесь, не читая, копаешься в прессе. Сохнешь умом. Добавляешься в весе. Помнишь стихи. Забываешь о лесе. Слышишь советы – как курится плесень, пыль из карманов и прочие смеси. Вечно — качель. То в надежде – то в стрессе. Тут (поневоле) ты – атом в замесе – супе с приправой амбиций, агрессий.

…Лишь человек, выживающий в пресе (каждый – по-своему) здесь – интересен.

13.12.2014

 

***

Взгляда луч в миражи – сник. Вялый пульс мой теперь – тик. Схоронив смысл жизни, я ищу смысл смерти.

Свет утратил живой звук. Темнота – дуля в чате. Безразличной рукою я ищу выключатель.

13.12.2014

 

***

На окнах — реснички. В решетках фрамуга. А там – что придумаешь. Солнышко, вьюга. Клеть. Сутки Сурка. Гегемония круга. Поминки по Баху: прелюдия — фуга. Апатия. Игры. Братания. Ругань. Тюрьма – не твоя, чья угодно заслуга. Нечисто метёт нечистоты испуга почти что слепая надежда – прислуга. Посылка от друга. Немая супруга. Пружина желания сжата упруго. Простое желание. Знаешь какое? – Попробовать, что это – пропасть покоя.

17.12.2014

 

Характер мой – наследственный, нелегкий. Дар – посредственный, неровный, неестественный. Последствия – подследственный.

Людские увлечения мне мимо – без значения. За это – на лечение отправлен, в заключение.

В башке сумбур, сумятица. Не можется, не ладится менять, как каракатица цвета, вилять и пятиться. Я – здесь. Мне не в чем каяться. А жизнь под гору катится.

18.12.2014

 

Иной, весёлый, непослушный, неверно-верный, добродушный – попал я в жизнь темнее душной по адресу: внутри наружной.

Закольцевалось наважденье, и – не спасти трудом иль ленью смертельно-бледное терпенье. Одно спасение – отупенье.

Лицом к стене! На бледном глянце тень Сатаны танцует танцы. Неслышно рвутся нервов шканцы. По кругу ран – протуберанцы.

Запрет на страх и откровенья. Мгновенья – мокрые поленья. День – пост. Под вечер – разговенье. А на десерт – дурное пенье.

Всё, что творится, говорится – сто раз успело повторится. Но отупенья – нет, не скрыться, трещит сознание, искрится.

В просветах умопомраченья – волчка реальности верченье. Я – в заточенье. В заключенье – лишь у друзей прошу прощенья.

Докурим жизни сигарету! Друзья, шепну вам по секрету: сменив вип-камеру на эту, я – переплыл с Хароном Лету.

19.12.2014

 

На прогулке. Стая птах в даль летит (как я в мечтах). Крыша – в сросшихся крестах. Выше – девки на постах. Дым – столбом, в семи местах. Малолетка на понтах в тюбетейке и унтах нудно трет: все зло – в ментах.

Клеть с окурками в щелях. Натюрморт соплей в углах. Спаси Будда, Бог, Аллах, Имярек!.. В моих делах – нет подвижек. Дело – швах.

Пусть, дурея, воли жду – в этом долбаном году, на прогулку (зад в аду) –

зарекаюсь! – не пойду.

21.12.2014

 

Степь да степь, везде. Задержись-ка здесь. Будет этот день похоронным. Мне от ваших рож – тошнота да дрожь. Ты – вообще похож на Харона.

Зек один грузил – был такой грузин, мертвецов возил на пароме. Расскажи жене, что любил – коней, что забыл о ней и о доме.

Надоело жить. Ша дела мне шить! Лучше всё решить пистолету. Эй, Харон, друган, вбей патрон в наган – и барон цыган канет в Лету.

21.12.2014

 

***

«О доблестях, о почестях, о славе…» А. Блок.

… Любимое. Нечаянно вернулось – пророчеством, стрелой из-за угла. «Я звал тебя – но ты не обернулась. Я слезы лил, но ты – не снизошла.»

Жизнь прошлое застывшее поправить ещё ни разу права не дала. «Твое лицо в его простой оправе – своей рукой убрал я со стола»

«Все миновалось…» Счастье – вышло боком, вдогон – ещё один судьбы укус.

…Я сам себе в тюрьме – читаю Блока, священный ужас пробуя на вкус.

23.12.2014

 

Лязг железа. Лают псы. Келиш. Парус. Шмон. Рамсы. Бесконечные часы в рамках черной полосы.

В каждой хате – свой фасон. На прогулку – лучше в сон. Или – спрячься, отрешен, за забрало – капюшон.

Пересуды. Похвальбы. Хохмы. Ходики ходьбы. В крематории судьбы – дни, забитые в гробы.

Жизнь, она – не просто так. Будь ты ангел, будь дурак. На перину – на наждак. Тик – удача, так – во мрак.

Будь – кем хочешь. Но пойми: зазеваешься – и вмиг ты – откуда ни возьмись – виноват перед людьми.

26.12.2014

 

***

Ночь. Лежу обритый наголо, без надежды, сил, затей. Я – любил тебя. Так ангелы любят маленьких детей.

Ты, наверно – просто выросла… Как занозу, как сорняк, быль земная сказку – вырвала. И – на мусорку. Меня.

«Спать!» — в глазок продольный вякает, связкой звякая ключей.

…Из тюрьмы, где было всякое – скрылся ангел. Так… ничей.

26.12.2014

 

Стёкла в хате запотели. Сквозь решетки долетели голоса собак, метели. На заправленной постели – я, застыл в ненужном теле кораблём, достигшим мели, сиротой в чужой купели. Время – мимо, еле-еле – в нем секунды поредели. Пятница. Конец недели.

Ужин. Бигус. Все – не ели. Записные пустомели под чифирь и карамели ободрились, осмелели. Покурили. Загалдели. Кто – о чем. Где загорели, растолстели, похудели. Обязательно – как сели, о статьях, о дырах в деле. Где мутились, как балдели (скорость, порох, мак, качели…). Как кого куда имели. Перегрызлись. Песни пели. Отвалились. Засопели.

Все – невинны… Всем — обидно. Пятница. Конца – не видно.

26.12.2014

 

Внутри пустого кубика – отдельная республика. (По сути – бесполезная). Есть мебель – сплошь железная.

Здесь парится да бесится, считая дни и месяцы, шальная шатья-братия. Строй строгий – демократия.

Кому чего не нравится – смотрящим жестко правится. Законы – отработаны давно (по фене сботаны).

Свобода – спит в помине. И – еда на алюминии. Связь с миром называется кормушкой (закрывается).

За нею – важно, галками, бесята злые с палками продольно циркулируют – регламент регулируют.

Все – с бляхами, погонами. Врываются со шмонами и келишуют жителей, хлам перерыв решительно.

Орут, рулят розетками. Приносят письма с метками, суют в дыру открытую продукты перерытые.

Командуют нескорыми немыми баландёрами. А сами, хоть при рации – в такой же изоляции.

Плевать на мизер разницы: по сути, все мы – в заднице. …Привет почтенной публике отверженной республики!

27.12.2014

 

Муть. Фантомная. Бдения. Колдовские растения. Чепухи наслоения. Отложения льда. Бег в потьмах запустения. Растеряв предпочтения, белый конь провидения прискакал – не туда.

Темнота – отлучение. За заплыв по течению. Без стыда и смущения ждущий судного дня, пережив отречение давших жизни свечение, разменявши мучение – отпускаю коня.

28.12.2014

 

***

Подзаплутав, и так-то – еле топал. Потом – иуда ужас закрепил. …Я вспоминаю. Деда, Мелитополь, черешни, Мальчика (собачку на цепи).

Я отпускал его по жизни поноситься, тайком от всех ошейник расстегнув. …Лежу на шконке, силясь покуситься во сне увидеть белую Луну.

Мечты, как шарики – полопались, посдулись. В саду души – коряги, смрад, корчи. Кого любил – ушли. Иль отвернулись по совокупности иллюзий и причин.

Лежу. Готовлюсь. К шмону и этапу. Играю роль в испорченном кино. … Я вспоминаю бабушку и папу –

им разлюбить меня – уже не суждено.

31.12.2014

 

Когда все близкие сказали – нет, мне тучи низкие закрыли свет. Друзей участием тепло спасал. И – «Послесчастие» лежал – писал.

Себя ел поедом (бес обуял)… Столкнули с поезда (хоть тот стоял). Судьбу-прелестницу узнал в лицо – ступив на лестницу в обитель зол.

Сквозь жуть продольную вошёл по льду в коробку, полную заблудших душ. Здесь не расслабиться. На всех — нет мест. И — сетка-рабица покрыла крест.

В разборках с верою под тем крестом надежда серая – слегла пластом. Без солнца, месяца (свет с потолка) ребята бесятся от пустяка.

На территории детей греха все их истории – сто раз слыхал. Судьба – полосками? Мне свет – не бел! Сны стали плоскими в моей судьбе.

Наелся чёрного – а все дышу. «Сны заключенного» лежу – пишу. Святая Талия, пока одни – что будет далее хоть намекни.

Что там, непрошенный мной путь, таит? Где поезд брошенный? Еще стоит?

01.01.2015

 

Шёл к машине. Подскочили, притоптали, как учили, и – свободу отключили. В голове – туман и звон. Развернули. В спину пнули. Дома – всё перевернули. Мозг – как будто что кольнули – погрузился в долгий сон.

Чередой – кривой иуда, хаты, грязная посуда, план побега на Бермуды, красный шум и белый бред. Слух подавлен. Ум пустует. Адаптация – бастует. Воля в щели ветром дует… Там меня — в помине нет.

02.01.2015

 

***

В глазок скомандовав «Отбой», над нашей маленькой страной включают бледно-голубой свет, наречённый здесь «Луной». Народ – редеющий гурьбой, скурив поспешно по одной – звучит. Тревожно, вразнобой. Тот – ненастроенной струной. Тот – пародирует гобой. А третий – томно, как весной орал марал дурной трубой. Потом – на шконки. Кто спиной, а кто бочком, припав губой к подушке, спят, сочась слюной. В гареме звуков – белый сбой. И я – наевшись тишиной, набравшись сил на новый бой, перемещаюсь в мир иной, перекорёженный судьбой – свой. Как по следу Зверобой, иду – охочусь за виной. Перед собой. Перед тобой.

02.01.2015

 

На ужин здесь принято «болт забивать». Вчера, и сегодня, и завтра – капуста. Кислей кислоты. Мощи рыбы, негусто. Проблема не в этом… Я стал забывать, какая там дома посуда. И люстра. И… – что говорил Заратустра.

02.01.2015

 

***

Ночь. Не сплю. А сон приснился. Как мне Месяц поклонился, подмигнул и удалился в чёрном с блёстками пальто. Как Незнайка — выручает, как жена меня встречает. Иль – как в Грузии скучает добрый, грустный друг Дато.

Как всё ест теперь без хлеба Вова. Как рисует Зеба то ли море, то ли небо, то ли дождь — как повернёшь. Как разлука — убивает. Как друзья меня (бывает…) потихоньку — забывают.

Жизнь, а может — подождёшь?

03.01.2015

 

Показалось, что устал – взорвалось, чего не ждал. Расточился с той поры беспрерывный, серый взрыв.

Постоянно, наяву (потрясённый) – в нём живу, убегая слушать в сны отголоски тишины.

Днём – нелишний шерсти клок – память, хилый фитилёк. Собираю, что могу, в взрывом выжженном мозгу.

Странно, но сознанья нить с этим – прошлое сравнить и решить, как быть, чем жить – не решается спешить.

С сожаленьем (есть грешок) провожаю первый шок. На глаза – тяну мешок (капюшон). В нем – хорошо.

Там, в ужатой темноте, мысли бродят – по черте (спотыкаясь и скользя), за которую – нельзя.

Жаль. Так трудно устоять. Ведь действительность моя в сером взрыве – резко, вдруг мерзко выцвела вокруг.

Я – скучаю по цветам, тем, которые все – там. Пустоцветами гнетут те, которые – все тут.

…Чу – навстречу мчит в карьер старость, вечности курьер. Ладно. Мальчику с Луны, мне одна дорога – в сны.

04.01.2015

 

Расскажу вам, дети, сказку – как обычные слова, растранжирив такт, опаску, вкус естественный и краску, стыд и срам – пустились в пляску так, что кругом голова.

На одной шестой от суши был — язык, прекрасней нет…

Лёша, вышли мне беруши! От словесной, грязной чуши – скорбь на сердце, вянут уши – и сереет белый свет.

05.01.2015

 

***

Сам микроб под микроскопом –

наблюдаю в окуляр,

как микробы (тоже!) скопом

одинаковых – по тропам,

утвержденным гороскопом,

скачут. Каждый экземпляр –

подтверждает жизнь как дар.

Скажем радостно-растроенно –

так вот это и устроено:

как познанья ни проторены –

бесконечность в обе стороны.

…Перечту-ка что ли. Чтобы

осознать: какой бы пробы

ты не мнил себя особой –

не смеши, ведь мы микробы.

06.01.2015

 

В тюрьме, как только обживёшься, шок растворив, тебе потом мысль – во спасение. О чем? – На что нарвёшься.

Я, встретив зависть в чистом виде – Олешу вспомнил, времена, когда свободы – ни хрена, куда ни выйди.

Кого-то – съели. Кто-то выжил, переступая свежий прах. В его сомнения и страх смотрю – и вижу.

Возможность полупокориться – лукавый блеф, подложный брод. Заснёт под дудочку народ – То повторится.

В пылу Олешиных наследий (сам – снятый в профиль и анфас) увидел я, как вылез фарс вперёд трагедий.

…Забыв неверие, как псих, шепну я: Боже – упаси!!..

06.01.2015

 

***

Под сенью желтого креста – включили ночь… Все – смотрят сны, стартуя с белого листа. Мне — только шелесты слышны: «ты – не устал». Я… не устал. Здесь, в камере на шесть персон, нас, всяких – восемь. Два – без мест, «крепят». Читают в унисон. Бессмысленно кривится крест. Не сплю, смотрю любимый сон: летит кружочек кураги в до дыр протёртой темноте.

…Я не устал. Я – стал другим. Узнать – узнаешь, но – не тем – не молодым. Сижу – за дым.

07.01.2015

 

Всегда есть шут. А если нет – его найдут, таков здесь бред.

Ведь быт без баб – одна беда. Ты хил и слаб? – Иди сюда!

На смех без вех – тащи его! Один – на всех, все – одного.

Гы-гы, го-го, веселье, шум – спаси, изгой, от горьких дум.

Вокруг – тюрьма. Сны – не спасут. А где-то – мать. А скоро — суд.

Там – что кому, по образцам. А посему – терпи, пацан.

Как в стае – тут нельзя помочь… В тюрьме не бьют. И – скоро ночь.

Передохнёшь и – на этап. Там – сам начнешь гнобить шута.

Таков здесь бред, давно, всегда. Ведь если нет –

иди сюда!

07.01.2015

 

Закрыв глаза (рука к руке на капюшона парике), хочу пробить дыру в тоске – лечу в безумном самолёте. На выдох – выход из пике. Мир, арестованный в мирке, очнувшись – тонет налегке в успокоения болоте…

Лежу себе, ни сил, ни бед. Секунды топают след в след. Глядь, баландер привёз обед. Кисель попьёшь – в сон так и клонит. Когда хватает сигарет – оно и ладно. Писем нет? — Бывает. Будут. Всем – привет из дырки в Жодино от Лёни.

08.01.2015

 

***

Чередой мелькнули люди, прокрутив наперебой фильм изустный, каждый – свой. Все – «невинны». Всех – осудят. Одурев, смотрю живой сериал разбитых судеб, снятый опытной Судьбой. Кстати – и беду, мою посмотрел. Я – думаю: куклы, снятые с витрины, получившие умы, дар чудесный – входим мы в мир живой, минуя мины ждущей нас обратно Тьмы по полям мгновений длинных. Но невинны – только в миг обрезанья пуповины. Дальше – фиг!

08.01.2015

 

О разночтениях вины я говорил с лицом отца. Он был суров. А я – уныл. Он лишь молчал. Я – без конца вину на козни Сатаны валил от первого лица, на сумасшествие страны и на Иуду — подлеца. Он – не ответил. В полусны светила (там, где звезд пыльца) серьга оторванной блесны.

…Я – мал и глуп. И от отца в ответ – жду весточки с Луны.

09.01.2015

 

***

В стране – мороз. Всё на морозе почти застыло в странной позе. Деревья еле шевелятся – и на себя (сугубо) злятся. Войдя во вкус, их рубит грубо топор лихого лесоруба. …Зима. Мороз. А дерева – дрова.

10.01.2015

 

Положила тюрьма

день, успевший устать,

в тесный желтый карман –

о свободе мечтать…

Сигаретный туман

в хате – стал выцветать.

Захрапел наркоман.

Стонет маленький тать.

Я – сбежал…

В сон-дурман –

не летать, не метать

красок блеф на экран –

память вновь пролистать,

и за самообман

дурака – отхлестать,

дыры мёртвые ран –

швом живым залатать.

Заплутавшим в тюрьму,

всем, не мне одному,

выход есть – оживать.

Скоро солнцу вставать.

10.01.2015

 

***

Как пропал и распался мир мой – больше не знаю. Помнишь, как улыбался? Я – ещё вспоминаю.

В жёлтый цвет заключённый – сыт, козла забиваю. Дирижаблик свой чёрный (маленький) – забываю.

Вовлечен полуснами в сюрреальную жижу, говорю – с именами, лица – стёрлись, чуть вижу.

Потихоньку тупею в ритме жрательно-спальном. Задержусь – так успею в жизнь вернуться…нормальным.

На судьбу – не в обиде, понимаю резоны: тщетный бред – сам увидел «исправительной» зоны.

12.01.2015

 

Одни – ксерокопии с лиц истуканов, другие – тасуют статьи и дела. Я – делаю лётчиков из тараканов, сдувая шнырей-наглецов со стола.

Точней – с общака. До отбоя – минуты, трамвайку обсели – как куры насест. В башке – тёмный лес. Бродят в нём – лилипуты изрядно потоптанных планов, надежд.

…Потом — свет «Луны». Полубелая ночь. И – поснули. Лишь Владик – сидит, ждёт этап. Свободы, удачи! Не смея пророчить – желаю! И – помни про Здесь, брат – и Там…

12.01.2015

 

***

Иезуитски волю перекрыв, моё терпение (ступенька за ступенью) жизнь пробует на сжатие, разрыв, на тугоплавкость, ковкость… на терпенье. Цветы у зла удушливы на цвет, на вкус и запах – с первой суматохи, включившей мне фальшивый белый свет, взамен других – как раз под цвет эпохи, суммирующей барщину, оброк, цирк и садизм…

Привычны к переменам – стекают дни в помойное ведро по серой жизни и по жёлтым стенам.

13.01.2015

 

***

Снова в Минске, как Фи′гаро.

Но – неволей влеком.

… Слышу – музыка. Игоря.

В горле – ком. Под виском

лопнул нерв (или выгорел),

дрожь по коже, гуськом.

Телевизор под нарами –

о погоде… А я

учащаю ударами

сердца – время, боясь –

не успеть. Стану старым, и…

Не узнают друзья.

17.01.2015

 

Здесь сразу – страшно…

В городе у нас –

считай что в центре – есть свой Алькатрас,

где третий век подряд, при всех властях

у Чёрта горемык полно в гостях.

Демократично, плотно, без затей –

набиты в клетки люди всех мастей.

По стенам – хронология бытья.

На всех нет мест, нет ложек, нет белья.

Бывает – не бывает и воды.

Упала башня. Рушатся ходы.

Вши, клещи, крысы – все дела.

На 25 голодных – метр стола.

Квадратных метров тоже – 25.

Стань в очередь – чтоб просто постоять.

Гулять ведут цепочкой, как утят.

Собака лает. Дворики кряхтят.

Ни день, ни ночь в окошко не видны.

Плевать на недоказанность вины,

ты сразу – враг, от ног до головы.

Селёдкам в бочке легче, те мертвы.

…Не зарекайся не попасть хоть раз

на Володарку – в Минский Алькатрас.

19.01.2015

 

***

Я – отлетавшая бабочка.

Дом мой – закрытая баночка.

Стенки похожи на кожу.

Сплю не во сне.

…Улыбаюсь, как

раньше – увиделась бабушка.

Смотрит. Ни капли не строже.

Ба, если слышишь – прости меня,

знаю один, за что именно.

Бабушка, я – нехороший?

Воздух – на стены вон выменял

цвета коровьего вымени,

грязного, даже поплоше.

… Слышу: Не бойся, Алёша…

25.01.2015

 

Отменил бы ноябрь

я б…

Жил в тисках декабря –

зря.

Следом – лютый январь,

тварь.

А февраль – просто враль.

Жаль.

… Стынет в дебрях тюрьмы

мысль,

постигая зимы

смысл.

04.02.2015

 

***

Прострация… Когда не замечаешь ни счёта дней, ни полости событий в размеренном (другими) белом быте – ты не волнуешься, ты даже не скучаешь – живёшь убитый.

Спасение (в каком то…). Выключаешь бликующие красные софиты в театре снов, и – великана с битой (из нервофобов)… Мыслями – мельчаешь, собой забытый.

Ночуешь – с капюшоном на носу. А мимо – урны с мёртвым временем несут. Не думая, ты думаешь – не суть…

Вдруг – взрыв. И вспышка в памяти. «На суд».

04.02.2015

 

Подслепшей памятью слегка обезображен

(тем, что на латках – краской приукрашен),

ни мил, ни возмутителен, ни страшен,

холст самотканый в прошлое скользит.

На нем, покадрово – мгновения сложились,

приклеились, срослись, возможно – сшились.

А вероятностей, которые лишились

победы – нет, им память не грозит.

Попав (по случаю) в угрюмые места, я –

холст именной свой медленно читаю

то здесь, то там. И снова – не латаю

мест неудачных и протёртых дыр.

Такие действия убогие мне лично –

противны, невозможны – неприличны,

угодливой Истории привычны,

укравшей у наивных Прошлый Мир.

… Холст мною тканный.

Думать ли о том –

куда всё это денется… потом?

14.02.2015

 

В башке – лишь тесто.

Взамен души –

пустое место

и сущность вши.

Спина и тексты –

в гнилых угрях.

На почве секса –

в дерьме погряз.

Инстинкт пираньи.

В пурге угроз –

смесь бреда, брани

и пошлых поз.

Смех – идиота

(двойной, в тиши…)

Нарцисс с болота.

На деле – шиз.

Зудел, кусал бы,

мешался б, гнус.

На деле — баба

с базара. Трус.

На брылях – баки.

Мечта – пытать.

Шакал Табаки.

Моноспектакль.

…Я – добрый. Мало

со злом знаком.

А значит – жалость.

И та – с трудом.

14.02.2015

 

***

Над сигарой – кобра дыма.

Погрозила мне противно.

Но потом необратимо

(словно голос Робертино) –

стала просто бурой тиной

цвета шкурки мандаринной

на стене тюрьмы старинной.

…Вижу!

Ночь, устав быть длинной –

рухнет в Утро. Балериной

выйдет солнце над периной

тучи. Светлый красный шар –

и исполнит антраша.

14.02.2015

 

Плодя рабов с неандертальцами,

век стартовал попсовым треком.

Закрытый в клетке со страдальцами,

из моря памяти – по рекам,

потом каналами, канальцами,

я – удаляюсь вглубь по вехам,

затем наощупь чутко, пальцами

скользя легко по лбу, по векам,

слепцом, обученным гадальцами,

ищу ответа: Бог с ним, с веком –

что будет с этим человеком.?!

15.02.2015

 

***

О будущем. Чтоб был плод – затем и растут цветочки.

Смысл прошлого – в том, что смысл не бывает скорым.

Возьмём, например, узор. Становясь узором,

он – копит (черты, штрихи…, до последней точки).

Узоры же, завершась – подобны осенним листьям.

«Последний опавший лист – оказался лишним».

16.02.2015

 

***

Беда людей от Авеля

до самой Дездемоны:

что в Этике – лишь правила,

а надо бы – законы.

Хоть дрын тебе, хоть саблю дать –

обязан соблюдать!

16.02.2015

 

***

Ночь. Надоели разговоры.

Уже хотел на нары лечь, но –

мне было Слово:

Воля – скоро!

Ничто – не вечно.

Терять надежды – ни на миг

не сметь!

…И я сказал:

Аминь.

17.02.2015

 

Дурак смеётся часто.

Попытка ведь не пытка.

(Он думает, что сможет

так самоутвердиться).

Дурак смеётся громко.

Плевать, что смех фальшивый –

зато прекрасно слышно

любимого себя.

Дурак смеётся первым

(читай — один), но дважды.

Второй раз от обиды

за первый смех, напрасный.

Вот, взрослые и дети

вам повод к размышленьям:

Дурак – тот, что гуляет

по замкнутому кругу.

…Казалось бы, заметьте –

ни слова про Табаки.

05.03.2015

 

***

Беруши – в уши. В душу. Вдруг –

покой. Такой, что мысли плуг –

остановился. Дальше луг

другой допашет. Сумма мук

невыносима. Этот круг

мне – не по силам. Свет и звук –

арена мелочных потуг,

где непонятных – под утюг…

Молчанье – в вечность тёмный люк.

Но омерзенье – не испуг.

Наоборот! Судьбу на крюк.

Я ручку выронил из рук.

Прощай, мой друг.

… Иль – до свидания, до воли.

Плодами дружбы я – доволен.

10.03.2015

 

9 лет.

Ночь. Володарка. И очередной

пережимающий горло абсурд:

моет кроссовочки щёткой зубной

мальчик, которому завтра – на суд.

В детских глазах не обида – беда,

невыполнимая просьба: утешь!

Вынул я яблоко, вымыл, отдал:

сунут в стакан в перерыве – там съешь.

И – отвернулся. А что я ещё!.?

Лёг и (впервые) молитву прочёл.

15.03.2015

 

***

Сны, распускаясь, тянут в пляску

весёлых лиц, волшебных слов…

Проснусь – а жизнь мне кажет сказку,

где править лезут ложь и зло.

И – побеждают…

Мелким бесам

возня крысиная – родней

по существу, по интересам.

Им власть – пожизненно нужней.

Чтоб в простоте – «решать вопросы»,

доя лоха и простака.

Честь и порядочность – в отбросы.

И – не былинки, ни ростка.

Безвкусица…

Кривые краски

душе – удушливо пресны

в пустопорожней, серой скуке.

Не верю в сказки.

Верю… – в сны.

 

16.03.2015

Луна жёлтым глазом во лбу электрички,

наверное, звёздами взята в кавычки… –

картинка закрыта: на решке – реснички.

В сознании – рифмы по старой привычке

порхают как птички, сгорают как спички.

Две мысли – лыжня (или длинные лычки)

ползут вразнобой, ни одной перемычки,

от рифм – два сюжета на белой страничке:

как с дедушкой тырсу возили на бричке

и – как победивши рогатого в стычке,

Вакула проследовал не на кулички,

а в Санкт-Петербург, добывать черевички

для первой любви, второсортной певички,

влюблённой в себя и в тряпьё истерички

с дипломом медички, блондинки по кличке

Сестричка, – есть дочка…

Ай – точка!

Зачем бы порочить красивую девушку.

Но рифмам – спасибо!

Особо – за дедушку…

22.03.2015

 

***

Слетевших с лестниц иерархических

тюрьма трамбует, потом утюжит

набором крайних широт психических,

не всякий сдюжит.

Чураясь чаяний исправительных,

здесь применяют, стесняясь мало,

набор приемов и действий мстительных

к кому попало.

Здесь – душерубка, а не пристанище,

стенд испытательный, стены плача.

И если просто собой останешься –

уже удача.

Набор стандартный событий знаковых.

Тюрьма, шлифуя слова и мысли,

из разных делает – одинаковых

в нелучшем смысле.

Стирает память. Лишает отчества.

Тюрьма, ломая нам лики воли –

лишь отраженье болезни общества

в кристалле боли.

25.03.2015

 

Тем завтра в суд, у этих – новоселье.

Тасуют души старые тиски.

Во мне, весь день – надутое веселье.

Получше всё же каменной тоски.

Ночь, наконец, дарует сон бедламу.

Я, не найдя опоры в чаше чувств,

не зная толком как – молюсь за маму.

И… – «Будь оно неладно всё!» – шепчу.

27.03.2015

 

***

Лежу, мечтаю отвлеченно:

чего хочу, куда б сбежал в быль…

Да – больше некуда! – на чёрный,

на маленький мой дирижаблик.

А впрочем (честно), наяву –

в нём и живу.

29.03.2015

 

***

Есть чудный плод – у Солнца под ногами

вертящийся. Увы, его кора

поражена мельчайшими врагами,

что обрекли на гибель свой корабль.

Казалось бы: не срите, где пасётесь,

живите дружно – только и всего.

Творите, создавайте – и спасётесь

от будущего ада своего.

Пора спешить! Возможное возможно –

пока не поздно… Может – и уже.

Досталась жизнь – не тем, им слишком сложно

перебороть инстинкт зверька в душе.

Спокон веков под колесницей Фэба

кружится шар, снедаемый чумой…

Я – всё же! – славлю Жизнь

(так учит добрый Зэба).

Жду? – из «Афони» крик: «Иди домой!»

29.03.2015

 

Без зимы – уже весна.

Тридевятый сон без сна.

В нём ко мне (хозяйкой) в гости

входит Ложь. Да не одна.

Позади за ней – страна

позабытых слов. Она –

говорит, смеясь, без злости:

Здравствуй, я тебе – жена.

То не быль твоя больна –

то поспели времена,

то не кости на погосте

хоронил ты – семена.

Урожаи – надо жать.

Дальше некуда бежать.

03.04.2015

 

***

Злобу забыв на лице обречённом,

каверзном, цвета арбуза с крюшоном,

нудно точил – сыпля искры на плащ

иссиня-черный – секиру палач.

Долго. Вдруг – лик свой покрыв капюшоном –

сгинул, потух.

Глядь – а в небе смущённом –

белая лебедь, скользя, поплыла

в дали, за светом…

А ты – проспала

(сладко тем не менее) –

Лунное затмение.

Сирым нам – знамение.

05.04.2015

 

Месяц, жёлтенький кружок,

здравствуй, верный мой дружок.

Мы, летающий омлет,

уж не виделись сто лет.

Расскажи, фурацилин,

что со мной сегодня, сплин?

Я тебе, небесный жук,

все симптомы расскажу:

от виска и до виска –

льётся тёплая тоска,

мысль в гордиевом узле –

ищет смысл. Лимон в золе,

взрыв на чёрной простыне,

расскажи мне… обо мне.

Кто я, волк или щенок?

Почему так одинок!

Дыня, брошенная в нефть,

что неправильно во мне?

Сигарета в темноте,

я не тот, иль те – не те?

Жив, здоров, не на войне –

с мамой вижусь лишь во сне.

Почему вся жизнь моя –

подсудимая скамья?

Занырнул в такую мреть –

на тебя не посмотреть.

И опять – слова крою…

Ладно, рожицу твою,

мой китайский колобок,

я запомнил назубок.

Ты – до встречи – помолчи,

полетай, фонарь в ночи…

05.04.2015

 

Смешавшие добро и зло!,

я представляю ваши лица,

когда уставшею жарптицей

и под немыслимым углом,

не церемонясь с горизонтом,

огромным жгуче-жёлтым зонтом,

Луна – за мною! – приземлится,

увы, последним НЛО.

У капитана за столом

(успев постричься и побриться)

я окажусь, как говорится –

как гном микробный под стеклом

увеличительным. И Он-то,

дослушав, скажет: Да.., ремонтом

уж не поможешь, здесь творится –

не то! Земле – не повезло.

Ты – что… Вот мы – не доглядели.

Всё – распахать под… огурцы.

Учтём в дальнейшем.

Полетели!

Отдать концы.

07.04.2015

 

Друг Незнайка, привет!

Ну, ты что, заработал уже миллионы?

Нахватался бескрайних улыбок, фальшивой сердечности?

Влился вяло в ряды почитателей Моны

Лизы, тоже? Рехнулся на обеспеченности?

Ходишь, небось, на бейсбол и горланишь камоны?

Напрочь забыл обо мне, о Луне и о вечности?

Может, даже подсел там слегка на гормоны

глупости и беспечности?

Извини, что пишу от руки. Таковы на сей день обстоятельства.

Я по-прежнему жив. Чуть не так. Но и – так. В основном.

Занимаюсь наукой, опять. Изучаю на месте – предательства,

жадность, мелочность, зависть, торговлю гавном,

лицемерие, подлость, позывы на брань, издевательства,

нахожу островки в море пошлости, чуть не сплошном,

разлагаю на векторы веру в примат надувательства.

Я, короче, тут – в месте одном.

Попадём на Луну – намараю отчёт на скрижали.

Обо всём пережитом – чтоб тамошним нос утереть

теоретикам лысым. Как вспомнишь, чего они там нарожали –

можно со смеху вспыхнуть, и даже сгореть.

(Если честно – как мыши, мне хвост на Земле поприжали,

не совсем чтобы весь, но примерно на треть).

Сам-то – как? Ведь не зря мы сюда убежали?

Есть на что посмотреть!

Ты… давай, отвечай, не дури.

Приезжай. Забери!

Подустал я. Частенько впадаю в истерику.

Незнайке. В Америку.

05.05.2015

 

Гори, гори, моя свеча,

вплетая слово в слово,

не замечая палача –

он промахнется снова.

Возьму себе из пульса слов

лишь те, на ком – твое тепло.

Добро – мечта, а зло – игра,

где побеждает слабый.

Дай не ослепнуть до утра,

в себе самом, хотя бы.

Пускай к тебе из детских снов

летят на свет цепочки слов.

Коль светлячков в молчанье вдел,

цветные сделав бусы –

благословляю свой удел,

твой пламень бело-русый.

Издалека – увидят, нет?

а все не тьма. И значит – свет.

Пока в сознаньи жизнь жива,

я – сам, не из-под плётки –

кристально-светлые слова

ищу, себе, на чётки.

Молчанья чёрная парча –

потом…

Гори, моя свеча!

13.04.2015

 

В лице изменилась улыбка.

Недавнее – сжалось в давно.

Нам грусть – онемевшая скрипка,

которой в футляре – темно.

Судьба разделилась – на судьбы.

Все живы, но живо не всё.

Простое желанье: уснуть бы… –

сбываясь, ничто не спасёт.

Ненужные нежность и ласку

не выместь, как сор из угла…

Мы, жертвы неверия в сказку –

задумались: сказка – была.

Живём, проигравшие роли

в любимой, но прошлой стране.

Нам грусть – продолжение боли,

которой уж в общем-то – нет.

15.04.2015

 

***

Продольный чушь бурчал в глазок,

«за движ» розетку отключая.

Я… — выпил воду вместо чая,

братве на брань не отвечая,

полез на шконку, подмечая:

на стенке стерся образок.

…Лежу. И думаю. Про грех.

Про совесть. Что они такое?

Про малодушие людское.

Про вечный бой в пути к покою.

Потом – прикрыв глаза рукою,

сплю. Без порывов. Без помех.

Без снов. И в них бывает сбой.

Даст Бог – проснусь, самим собой.

Добру – до встречи. Злу – отбой.

Мгновенье – вечность. Личный бой.

18.04.2015

 

Спят деревья, зверь и птица.

Волки, ёлки, галки.

Небо – зал. Луна – певица.

Звёзды – зажигалки.

Ждём концерта. Тишина

тоже песен ждёт, грешна.

Полнотелая Луна –

начинает… Оба-на!

Сопли, приторный фасон.

В атмосфере мрёт озон.

Волк с испугу – в унисон

взвыл взволновано.

Шансон.

…Спозаранку на полянке –

бледно выросли поганки.

20.04.2015

 

Без руля, без ветрил –

эх! –

просто жил. И любил –

всех.

Но сегодня я, был

грех,

на мгновенье забыл

тех,..

Я увидел лубок,

шиз:

там свернулся в клубок

лис.

Посмотри, Колобок,

вниз,

у тебя кто-то бок

сгрыз.

Имитируешь свеч

свет?

У тебя даже плеч

нет.

И тебе будет течь

вслед –

только Лёнина речь,

бред.

…Лучше дай мне, дружок,

яд.

До того одинок

я.

21.04.2015

 

***

Мальчик, ты чей? – и тихонечко он отвечал, седея: Мама зовёт меня Лёничка. Мама не знает, где я… Потом – толчок и боль в спине: Орёшь во сне!

27.04.2015

 

Я заигрался в смену поз

воображения – и трос,

тянувший сущего обоз

вдруг оборвался…

Встал вопрос:

Куда ты движешься? В себе

и в безразличии к судьбе.

Увы, нельзя укрывшись под

хоругви внутренних свобод,

не замечать ни грязь, ни лёд

в быту житейских бурных вод.

Всяк – заплутаешь. И тебе

судьба заедет – по судьбе.

… Мне оказалось – не пустяк

будить себя. Но серый мрак

вокруг – уже последний знак.

Пора меняться. Это – так.

Ведь не сломаешь без борьбы

ты – безразличия судьбы.

Не привыкать.

Иду опять

теченью вспять.

04.05.2015

 

***

Вентилятор, белка в колесе,

озираясь, крутит карусель.

Я реальности содрал с себя корсет

и, в мечту, густую, как кисель,

занырнув, разрезал рока сеть.

… Рыбка Золотая, по красе

ты затмила прочих карасей.

Мне бы… пробежаться по росе –

и домой, к окну, к Луны косе.

Больше нет желаний. Это – все.

14.05.2015

 

Ангел, хранитель мой, белая птица,

опыт разлуки, сравнимый с постом –

длится…

Ну как там, не страшно ютиться

в доме пустом?

Против судьбы – не восстать. И не скрыться

от ерунды, набежавшей в твой дом –

рыться…

Потом – бесовские страницы

в жизненный том.

…Надо учиться. С слепыми ужиться –

можно, всего лишь – молчи не о том.

Птица, хранитель мой, как тебе спится

в доме пустом?

Не с кем мне слиться. Любимые лица –

светлым пятном, на экране простом…

Птица,

мой ангел, тебе что-то снится

в доме пустом?

Птица!

Я – в клетке.

Давно…

Я не прочь –

прочь…

12.06.2015.

 

Я нынче часто гуляю в лесу.

Иль муравьёв в чистом поле пасу.

Дело нехитрое – ляг и лежи,

плюй на жару, да листай миражи.

Трогал стрижа. В океане нырял.

Бегал по кругу, чтоб взять интеграл.

Ел виноград, что у деда поспел.

Леннону крикнуть: «Ложись!..» – не успел.

К Вове заехал (часы завести),

слушал в пути новый диск «Apple Tee».

Долго метался вдоль по кольцевой,

справа мелькал мой балкон неживой.

В Индии (дважды) в трущобах пожил.

Автопортрет мелким почерком шил.

Не показался зубному врачу.

По-итальянски упорно молчу.

Встретился с Пушкиным (так повезло).

Поговорили. Про все, про Село…

Светлый он. Жалко прервали. И я

всплыл, не простившись, в круги бытия –

звякнул глазок, глас судьбы прогудел:

Дело рассмотрят в Московском суде…

20.06.2015

 

Из дел минувших.

На миг проснувшись

утром в странной позе, ум

провёл симпозиум

про прикол.

Прогнозировав прокол.

Протокол.

Тема была:

«Псих-фактор.

Почему Проктор,

пропав прочь,

стал точь в точь

как Гембл, а?

Что за дела!

Парень – не прост!

Пьёт Фрост.»

Первый вопрос:

Бла-бла-бла.

Второй:

Геморрой

и его характер.

Третие – прения

про ускорения

ожирения.

Четвертый – про трактор

(куда присобачить реактор).

Пятый – снятый

(про шансон).

…Дальше – ша!

Сон.

28.06.2015

 

Не хочу отчаяться!

Лист-то не кончается.

Пишешь – получается.

Чаще иногда.

Мелочь не мешается.

Шар – ещё вращается.

Жизнь не получается! –

Может быть и да…

Где я нынче, помните?

Нас три слоя в «комнате».

Убиваться? Полноте.

Некогда. Всегда.

Можно ведь и в омуте

рисовать по полости

необъятной пошлости

чудо-города.

Эх, как все б там жили!..

Если б заслужили.

P.S. На этот стих мне выдал визу

орущий (снизу)

телевизор,

кормилец рефлекса

(всем – зрелищ и хлебца) –

Там чипсы для плебса…

до самого Лепса.

Припев.

Рюмка водки на столе

И варенье на сопле.

04.07.2015

 

Мир, где согласно метрике

я уже – старожил,

мне два квадратных метрика

выделил, окружил

стенами и соседями –

зайцами да медведями.

Стены, пугая кляксами,

дом образуют, в нём –

помесь героев с плаксами,

клоунами и зверьём.

Стали здесь волки с лисами

все, поголовно, лысыми.

Тут – как везде всё: зыбкую,

хрупкую тишь да гладь

можно латать улыбкою,

можно рычаньем рвать.

Так, объясняясь знаками,

кошки живут с собаками.

Вот их секреты: выйду, мол –

больше не попаду;

те, кто зверинцы выдумал –

станут зверьём в аду.

Мену такую позами

кличут метаморфозами.

…Люди! Вы удивитесь, но

всё уже – решено:

ад – это их действительность,

каждые день и ночь.

Ад – воздаянье мерное,

медленное, но верное

16.08.2015

 

Хочешь примеров чудес? Взять их негде?

Лучше всего – оглянуться вокруг…

Добрые люди – вдруг делают нелюдем.

Разве не чудо? Бывает, мой друг.

Хлоп – и один. Тело сразу – главнее,

чем, например, голова. В голове

ценны инстинкты, они понужнее.

Думы – о доме. Потом – о жратве.

Дальше всё – ниже. По всем направленьям.

Помнишь, как зубы ровняют во рту?

Не поддаваться чужим исправленьям –

просто упорство. Такое тату.

Письма потешатся – и перестанут.

Память – картинки на рыхлой стене.

Прошлого блики естественно вянут.

Люди – нормальны. А ты – уже нет.

В замкнутых снах междометиям потным –

самое место. Меняешься – в такт.

Ты – человек..? – Возвращайся к животным!

Так и исправишься. Именно так!

В «Быть или не быть?» я б добавил, не скрою –

«Кем?», если былью сюжет огрублять.

Может случиться, что двери откроют…

— Что там, свобода? А что это, блядь!?

Добрые люди…

Бывает, считаешь?

Разве что – чудо! Вот так вот считай.

…Если, мой друг, ты о чуде мечтаешь –

поосторожней, с оглядкой мечтай.

12.08.2015

 

Книга «Камерные сны»… Скоро гранки. Значит, этот год не жил бесполезно? …От наручников тугих – только ранки. Оглянешься внутрь себя – боли бездна.

Ну и что, что людям зла ты не делал! – Ведь в игольное ушко не пролазишь. Затаился Минотавр в дебрях «дела». Как его мне победить, разве – сглазить.

Но не стану темных сил и касаться. Это – сразу стать ничем безрассудно. Выбираю: лучше быть, чем казаться. Понимаю: быть собой – ох как трудно!

На доносчика смотрю – только жалко: бриться к зеркалу пойдет, там – Иуда. Жизнь она о двух концах, как и палка. …Я, наверное, дурак – верю в чудо!

13.09.15

 

***

Вот и – книжка.

Пусть, мечтой,

в сеть нырнув – в сети и канет…

ВСЕМ – СВОБОДЫ ЗОЛОТОЙ!

(на стене прочёл в «стакане»)

Камерные сны: Один комментарий

  1. четвертый день читаю Ваши сны
    четвертый
    а шок все не проходит
    проходимость
    все время угоняют остатки
    кораблика души..
    незнание
    простить не помогает
    и оправдания о сносах головы
    все это мелко
    Вы…
    я обращаюсь к тем кто угоняет
    но есть же что
    выше и добрее молитв и ругани
    кого Вы обираете…
    кого

    скребут остатки совести
    асфальта
    седые насыпи
    простите
    не почувствовала раньше о беде
    казалось
    просто в глубину себя вы опустились
    невыносимо быть и
    память в каждом повороте
    то бьет как враг бродягу истеричку
    то требует терпи
    я оборачиваю дно посуды фольгой
    по пастернаковски
    закуплены чернила
    все перепишу
    ручкой перьевой..
    я тоже изменилась…
    но из того что остается
    перешагнув
    через луну
    весь мол и быль
    молиться и просить
    за все что натворилось

    лицо порезать
    чтоб не угоняли как баржу
    от тебя
    и вспоминать
    не поднимая головы…
    я там…
    я там…

Добавить комментарий